Купить Опоры трубопроводов ХБ КП КХ ТХ ТП ост 36 146 88 по

Ру-бизнес
для Гениев
из России
«Истина освободит вас» http://Istina-Osvobodit-Vas.narod.ru
MARSEXX
И познаете истину, и истина освободит вас. (Иоан. VIII, 32)
Бизнесмен,
бросай бизнес!
Работник,
бросай работу!
Студент,
бросай учёбу!
Безработный,
бросай поиски!
Философ,
бросай думать!
НовостиMein KopfИз книгСверхНМП«Си$тема»Ру-бизнесЛюби!!!
Человек, бросай есть мясо, рыбу и яйца!

Энтони Берджесс
Вожделеющее семя

Энтони Берджесс. Вожделеющее семя. Скачать. (273 КБ)

Книжка про то, какой же будет жизнь, когда людей станет действительно много, слишком много. Любовь и секс между мужчиной и женщиной будут опорочены, государственной идеологией станет гомо, рождение — запрещено и караемо...

И ещё в тексте предложена интересная концеация "колеса истории":

Тристрам начал урок:
— Тема: «Последовательная категоризация двух главных противостоящих политических идеологий в свете основных теолого-мифических концепций».
Он не был хорошим преподавателем. Говорил Тристрам слишком быстро для учеников, использовал слова, которые им было трудно писать, и имел склонность бормотать себе под нос что-то нечленораздельное.
Класс покорно пытался записать в тетради все, что он говорил.
— Пелагианство, — объяснял Тристрам, — когда-то считалось ересью. Его даже называли Британской Ересью. Может кто-нибудь назвать мне другое имя Пелагия?
— Морган, — ответил прыщавый мальчик по фамилии Морган.
— Правильно. Оба имени означают «человек моря».
Мальчик, сидевший за спиной Моргана, просвистел сквозь зубы нечто напоминавшее звук волынки и толкнул его в спину.
— Кончай! — прошипел Морган.
— Так вот, — продолжал Тристрам. — Пелагий происходил из рода, который некогда населял Западную провинцию. Он был тем, кого в старые религиозные времена называли монахом. Монах.
Тристрам энергично встал из-за стола и вывел это слово желтым мелом на синей доске, словно боялся, что ученики не смогут правильно записать его. Затем он снова сел за стол.
— Пелагий отрицал учение о первородном грехе и утверждал, что человек способен сам добиться своего спасения.
Лица мальчиков ничего не выражали.
— Пусть вас это пока не волнует, — мягко произнес Тристрам. — Вам только нужно запомнить, что все это подразумевает способность человека к совершенствованию. Таким образом, можно заметить, что пелагианство лежит в основе либерализма и происходящих от него теорий, в частности социализма и коммунизма. Я говорю слишком быстро?
— Да, сэр! — раздался в ответ лай и визг шестидесяти ломающихся голосов.
— Так…
Мягкие черты лица Тристрама были такими же невыразительными, как и у его учеников, но глаза за стеклами контактных линз возбужденно блестели. Волосы его по-негритянски курчавились, ороговевшая кожица на пальцах наполовину скрывала синеватые полукружия на ногтях. Тристраму было тридцать пять лет, и четырнадцать из них он учительствовал. Зарабатывал Тристрам чуть больше двухсот гиней в месяц, но с тех лор, как умер Ньюик, у него была надежда, что его поставят во главе факультета общественных наук. Это означало бы существенное повышение жалованья, более просторную квартиру и лучший старт в этот мир для юного Роджера. Тут он вспомнил: Роджер мертв.
— Так! — повторил Тристрам, словно сержант-инструктор тех времен, когда еще не был установлен Вечный Мир. — Августин, с другой стороны, настаивал на врожденной греховности человека и на необходимости искупления грехов с помощью милости Божией. Эта идея лежала в основе консерватизма, непротивленчества и других отсталых политических воззрений.
Тристрам широко улыбнулся классу.
— Противостоящий тезис, понимаете, — ободряюще проговорил он. — Право же, все очень просто.
— Я не понимаю, сэр, — прогудел здоровый нахальный парень по фамилии Эбни-Хастингс.
— Ну, дело в том, — терпеливо продолжал Тристрам, — что старые консерваторы ничего хорошего от человека не ждали. Человек рассматривался ими как природный стяжатель, требующий для себя лично все больше и больше материальных благ, как недоверчивое и эгоистическое создание, не слишком озабочен-
ное прогрессом общества. Воистину, слово «грех» единственная замена слову «эгоизм», запомните это, джентльмены.
Он нагнулся вперед, проехав сцепленными руками по крышке стола, покрытой желтой меловой пудрой, словно песком, принесенным ветром.
— Что бы вы сделали с человеком, который любит только себя? — спросил Тристрам. — Вот скажите мне.
— Побили бы его немного, — ответил белобрысый мальчик, которого звали Ибрагим ибн Абдулла.
— Нет. — Тристрам покрутил головой. — Ни один августинец не поступил бы так. Если вы ждете от человека самого худшего, то никаких разочарований он вам принести уже не может. Только человек с неоправдавшимися надеждами прибегает к насилию. Пессимист — так по-другому можно назвать августинца — испытывает нечто вроде мрачного удовольствия, наблюдая, как глубоко может пасть человек. Чем больше он видит греха, тем прочнее утверждается его вера в Первородный Грех. Каждому приятно получить подтверждение своих глубоких убеждений, удовлетворенность такого рода — одна из самых желанных для человека…
Тристраму вдруг стало невыносимо скучно от своих банальных объяснений. Он внимательно, ряд за рядом, оглядел свой класс, шестьдесят человек, словно пытался найти нарушителей дисциплины, но все сидели смирно и внимательно слушали. Пай-мальчики, решившие подтвердить тезис Пелагия.
На запястье у Тристрама трижды пропищало микрорадио. Он поднял руку к голове. Тоненький голосок, словно голос совести, еле слышно произнес, усиливаясь на взрывных звуках: «Пожалуйста, после этого урока зайдите к директору».
Прекрасно, вот и решение, вот и решение… Скоро он займет место покойного бедняги Ньюика, а может быть, и жалованье начислят задним числом…
Теперь Тристрам стоял совершенно неподвижно,
по-адвокатски держась руками за те места на пиджаке, где находились лацканы в те времена, когда пиджаки шили с лацканами.
С новой энергией он продолжил урок.
— В настоящее время, — заговорил Тристрам, — у нас не существует политических партий. Наша старая привычка делить на черное и белое сидит в нас, мы признаем это, но она не подразумевает простого деления на секты и фракции. Мы совмещаем в себе и Бога, и дьявола, хотя и не одновременно. Только мистер Лайвгоб может это делать, а мистер Лайвгоб, как вы понимаете, просто вымышленный персонаж.
Мальчики заулыбались. Они все любили «Приключения мистера Лайвгоба», печатавшиеся в «Космико-мике». Мистер Лайвгоб был смешным толстым коротышкой, демиургом, sufflaminandus1, как Шекспир, и плодившим ненужные жизни по всей земле. Это он устроил перенаселение. Ни одна из авантюр Лайвгоба, однако, никогда не заканчивалась успехом: мистер Гомо, человек-повелитель, всегда заставлял его подчиниться.
— Богословская теория, лежащая в основе наших противостоящих друг другу доктрин — пелагианства и августинства, не имеет больше никакого значения. Мы используем их мифические символы потому, что они более других подходят нашей эпохе, эпохе, которая все больше и больше полагается на ощущение, иллюстративность, пиктографичность…
Одним из достижений англосаксонской нации было
парламентское правление, — провозгласил Тристрам, — что в конечном счете означает правление партии.
Позднее, когда обнаружилось, что работа правительства может осуществляться гораздо быстрее без дебатов и без оппозиции, которую порождало партийное правление, стала осознаваться роль цикла.
Тристрам подошел к синей доске и нарисовал на ней желтым мелом большой неровный круг.
— А теперь, — продолжал он, выворачивая голову, чтобы видеть учеников, — посмотрим, как этот цикл совершается.
Тристрам разделил окружность на три дуги.
— Сейчас мы находимся в Пелагийской фазе. Потом у нас будет Промежуточная фаза.
Его мел утолстил сначала одну дугу, потом другую.
— А та переходит в Августинскую фазу.
Еще одна дуга потолстела, и мел вернулся туда, откуда начинал свое движение.
— Пелфаза, Интерфаза, Гусфаза; Пелфаза, Интерфаза, Гусфаза и так далее, и так далее — всегда, вечно. Что-то вроде непрерывного вальса… Теперь нам нужно узнать, какая же движущая сила заставляет это колесо вертеться.
Тристрам серьезно смотрел на класс, отряхивая мел с ладоней.
— Первым делом давайте вспомним, на чем стоит пелагианство. Правительство, находящееся у власти в Пелагийской фазе, придерживается веры в то, что человек способен к совершенствованию, что совершенство может быть достигнуто его собственными силами и что путь к совершенству представляет из себя прямую дорогу. Человек хочет быть совершенным. Он хочет быть хорошим. Граждане общества хотят сотрудничать со своими правителями, а раз так, то нет реальной необходимости иметь механизмы подавления, применять санкции для принуждения их к сотрудничеству. Законы, конечно, необходимы, потому что ни один индивидуум, как бы он ни был лоялен и готов к сотрудничеству, не может точно знать о всех нуждах общества. Законы указывают путь к крайне необходимой модели социального совершенствования, они являются путеводителями. Кроме того, исходя из основополагающего тезиса о том, что гражданин испытывает сильное желание вести себя как воспитанное общественное животное, а не как эгоистичный зверь в диком лесу, предполагается, что законы должны соблюдаться. Поэтому пелагийское государство не считает необходимым громоздить сложный карательный аппарат. Нарушьте закон — и вас попросят не делать этого снова или оштрафуют на пару крон. Ваш неуспех с подчинением закону отнюдь не проистекает из первородного греха, он не является неотъемлемой частью человеческого устройства. Это просто небольшое упущение, что-то такое, о чем можно будет забыть где-нибудь на пути к окончательному человеческому совершенству. Это ясно?
Многие ученики закивали головами: ясно или не ясно — им было все равно.
— Итак, в Пелагийской фазе, или Пелфазе, великая либеральная мечта кажется близкой к осуществлению. Греховная жажда стяжательства отсутствует, грубые желания находятся под разумным контролем. Владельцу частного капитала, например, алчной личности в цилиндре, нет места в пелагианском обществе. Следовательно, Государство контролирует средства производства, Государство является единственным боссом. Но воля Государства является волей гражданина, следовательно, гражданин работает на себя. Нельзя представить себе более счастливой формы существования! Напомню, однако, — продолжал Тристрам трагическим полушепотом, — напомню, что желание всегда несколько обгоняет реальность. Что разрушает мечту? Что ее разрушает, а! — Вдруг он забарабанил по столу, крича все громче и громче: — Разочарование! Разочарование!! РАЗОЧАРОВАНИЕ!!!
Тристрам широко улыбнулся.
— Правители, — заговорил он уже более спокойно, — разочаровываются, когда обнаруживают, что люди совсем не так хороши, как они о них думали. Упоенные своей мечтой о совершенстве, правители приходят в Ужас, когда печать сломана и они видят людей такими,
какие они есть. Возникает необходимость попытаться силой заставить людей быть добропорядочными. Законы переутверждаются, грубо и поспешно, на скорую руку сколачивается система проведения в жизнь этих законов. Разочарование открывает перспективу хаоса. Возникает бестолковщина, паника. Когда разум уходит, просыпаются животные инстинкты. Жестокость! — закричал Тристрам.
Класс, казалось, стал проявлять интерес к его словам.
— Избиения. Секретная полиция. Пытки в залитых светом подвалах. Приговоры без суда. Вырывание ногтей клещами. Дыба. Пытка водой. Выдавливание глаз. Команда палачей для расстрела промозглым утром… И все это из-за разочарования. Интерфаза.
— Но, — продолжал урок Тристрам, — Интерфаза, конечно, не может длиться вечно.
Вдруг его лицо исказила маска боли.
- Шок, — проговорил Тристрам. — Правители шокированы собственными крайностями. Они обнаруживают, что мыслят еретическими категориями, думая о греховности человека чаще, чем о его врожденной добродетели. Они ослабляют меры принуждения, а результатом является полный хаос. Но к этому времени разочарование достигает крайней степени. Оно не может больше подталкивать государство к репрессивным действиям, в результате чего развивается некий философский пессимизм. Другими словами, мы втягиваемся в Августинскую фазу, в Гусфазу, где ортодоксальной является точка зрения, представляющая человека греховным созданием, от которого нельзя ждать ничего хорошего. Еще одна фантазия, джентльмены, которая затмевает реальность. Со временем становится ясно, что в социальном смысле человек ведет себя гораздо лучше, чем вправе был ожидать любой пессимист-августинец, и поэтому начинает появляться что-то вроде оптимизма. И снова восстанавливается пелагианство. Мы опять в Пелфазе. Колесо совершило полный оборот… Вопросы есть?

Энтони Берджесс. Вожделеющее семя. Скачать. (273 КБ)

Марсель из Казани.
«Истина освободит вас» (http://Мarsexx.ru)
   marsexxхyandex.ru

1. Призвание России — демонтаж «си$темы»
  
   2. «Mein Kopf» — мысли со смыслом!
  
   3. Сверхновый Мировой Порядок,
или Ру-бизнес для Гениев из России



   Подписывайтесь — и к вам будут приходить добрые мысли!
Рассылки Subscribe.Ru
Русский Христос
  Мысли, собранные Львом Толстым для нас с вами, на каждый день.
  


Рассылки Subscribe.Ru Обновления Mein Kopf здесь!
Мысли со смыслом! или Истина освободит вас.
  Что приходит в голову, когда задумываешься о мире, о себе, о своём месте в этом мире...........
  


Рассылки Subscribe.Ru Обновления "Ру-биз..." здесь!
Ру-бизнес для Гениев из России
  О нас, о Родине, о том, что же нам здесь делать..........